Против чего протестуют в Азербайджане: беседа с азербайджанским медиа экспертом

Азербайджанский журналист, медиа эксперт Сеймур Кязымов в беседе со Стеллой Меграбекян комментирует акции протеста, прошедшие в выходные в Баку. Он также касается вопроса относительно встреч лидеров двух стран в последние месяцы и их риторики.

— 19 октября Национальный совет демократических сил (НСДС) Азербайджана провел акцию протеста в Баку с требованием освобождения политзаключенных, создания условий для демократических выборов, отмены лимита на пользование электроэнергией и природным газом, восстановления выплаты детских пособий и решения карабахской проблемы. Был задержан лидер ПНФА Али Керимли и его сторонники. 20 октября в Баку прошла другая акция протеста — против бытового насилия и за права женщин, в результате которой задержали несколько человек. На первый взгляд у митингов разные требования, но, по-Вашему, связаны ли они как-то между собой?

— Эти акции не были связаны друг с другом. Они были организованы разными группами. Акция протеста, прошедшая 19 октября, была организована оппозицией. А 20 октября было шествие, которое было организованo общественными активистами, включая правозащитников, экспертов по гендерным вопросам и журналистов. Вторая акция в основном была направлена на привлечение внимания к увеличению числа насилия в отношении женщин. Не все задержанные в ходе первой акции были освобождены, были и те, кто получил суточные аресты. А задержанные во время шествия были освобождены сразу же. 

— Можно ли назвать акцию против насилия женщин беспрецедентной для Азербайджана по масштабам или по своей повестке? Проходили ли в прошлом подобные акции в стране?

— 8 марта этого года прошел марш под названием «8 марш». А акция 20 октября была насыщена конкретными требованиями. Одним из главных требований было принятие «Стамбульской конвенции». По словам организаторов, за последние 9 месяцев 118 женщин столкнулись с насилием, среди которых есть и убитые.

— Понятно, что у граждан Азербайджана накопилось недовольство. Каковы главные требования у населения, каков характер требований — социальные, политические, экономические? В последнее время в СМИ часто упоминались реформы, которые проводит власть. По-вашему, это — «косметические» или «фасадные реформы», суть которых далека от реального реформирования?

—Требования людей очень разносторонние, начиная от решения социальных проблем до восстановления таких фундаментальных прав, как свобода слова и свобода собраний. Кроме того, предотвращение коррупции является одной из приоритетных задач, поставленных народом перед правительством. Хотя есть некоторые изменения, но они носят поверхностный характер. Радикальные реформы мы пока еще не наблюдаем.

— Последний вопрос касается карабахского урегулирования. Какое место сегодня занимает этот вопрос в общественной повестке? Как относятся граждане страны к последним встречам и заявлениям двух лидеров, и согласны ли Вы, что на данный момент царит относительное спокойствие?

— Проблема будет существовать до тех пор, пока между двумя странами не будет подписано официальное мирное соглашение. Мир, достигнутый в ходе неофициальной встречи президента Алиева и премьер-министра Пашиняна в Душанбе, также носил временный характер. Хотя после апрельских событий 2016 года активных военных действий не проводилось, прекращение огня на линии фронта постоянно нарушается, и стороны несут потери. Именно после апрельских событий внимание к карабахской проблеме опять возросло. Хотя в настоящее время на линии фронта тихо, нетрудно предсказать, как отреагирует население на повторную эскалацию ситуации. За последние несколько месяцев риторика политических лидеров стала намного жестче. Заявление Пашиняна в Карабахе и ответ Алиева на Валдайском форуме являются ярким тому доказательством. Заявления Пашиняна «Карабах — это Армения, и точка» и «Я не представляю народ Карабаха» являются предметом обсуждения в азербайджанском обществе. Как видно, между этими двумя подходами существует серьезное противоречие. Реакция такова, что Пашинян должен прийти к конкретному решению. В 2020 году, в этом непризнанном субъекте будут проведены «выборы». Здесь члены старой гвардии все еще у «власти», поэтому такое высказывание Пашиняна рассматривается как пропагандистская предвыборная кaмпания, рассчитанная на внутреннюю аудиторию. Но это также один из факторов, которые подрывают переговорный процесс.

Беседовала Стелла Меграбекян 

Фото агентства Reuters