Стоит ли чего-либо ожидать от Турции? Обзор недели с Эриком Акопяном

Добро пожаловать на Обзор недели. На этой неделе обсуждаем две темы: продолжающиеся переговоры между Арменией и режимом Эрдогана по нормализации отношений и размышления на тему 107-й годовщины начала Геноцида армян.

Начнем с первой темы. Готовится третья встреча представителей Армении и Турции, она пройдет в Вене [28 апреля вечером МИД Армении объявил о том, что встреча пройдет 3 мая в Вене – ред.]. На прошлой неделе глава МИД Турции призвал Армению сделать смелый шаг в направлении установления дипломатических отношений. Хочу остановиться на том, что он подразумевает под смелыми шагами. Он также заявил, что после трех встреч переговоры должны быть проведены в Анкаре или Ереване, а не в третьей стране.

МИД Армении немедленно ответил Чавушоглу: Армения предложила Турции открыть границу для граждан с дипломатическими паспортами, но предложение было отвергнуто. Это в реальности мелкий вопрос, так как людей с дипломатическими паспортами очень мало.

А теперь разберемся, что все это значит. Я бы хотел остановиться на фразе, которую озвучил глава МИД Турции: Армения должна предпринять смелые шаги. Что предполагают эти смелые шаги? Это не просто открыть посольства в разных столицах или установить отношения, потому что, откровенно говоря, независимо от того, что думают люди, это – не смелые шаги для двух соседних стран, которые признают территориальную целостность друг друга.

Чавушоглу на самом деле подразумевает готовность Армении принять все требования Азербайджана или обсуждать все требования Алиева в переговорах с Турцией. Именно это он имеет в виду, говоря о смелых шагах, а не установление отношений между двумя странами.

Это не имеет никакого отношения к чему-либо между Арменией и режимом Эрдогана, это относится к интересам Алиева. Мы должны понимать, к чему стремится режим Эрдогана в этих переговорах, к двум вещам: первое – это часть их более широкого внешнеполитического наступления с целью показать, что они стремятся наладить мир с соседями, они это делают в разных странах в разных сферах, и мы – всего лишь одна из этих стран, а также стремятся обвести вокруг пальца доверчивых европейцев и американцев, пытаясь их убедить, что они искренни, но это совсем не так. Это всего лишь пиар уловка, которая никуда не приведет.

Второй момент: учитывая уровень их тесных союзов на пару с режимом Алиева они стремятся использовать установление этих отношений как рычаг принуждения Армении к принятию требований Алиева.

Что мы должны извлечь и понять из этого обмена заявлениями? В первую очередь, факт, что мы вынуждены вести эти длинные переговоры, подтверждает неискренность противоположной стороны, потому что признание друг друга, установление дипотношений и открытие посольств – не очень длинный процесс.

Во-вторых, и, по-моему, это – важно, есть мнение, что это огромное одолжение Армении, что открытие границ спасет страну, но это не правда. Может, в 1993 году это было так, но не сегодня. Насколько бы сильным ни был урон, нанесенный армянской экономике в 90-х, она адаптировалась и продолжила развиваться.

В настоящее же время открытие границы и установление отношений принесет турецкой стороне столько же, если не больше пользы, чем Армении по одной простой причине: это может стать спасательным кругом для бедных турецких приграничных провинций.

И под конец, блокада Армении, насколько бы она ни была разрушитильной в 90-е, со временем имела для нас эффект бумеранга в положительном смысле. Объясню, почему.

В первую очередь, в отличие от наших соседей, которые тесно связаны с Турцией, все что происходит в этой стране, – а там перманентные потрясения и резкая девальвация валюты, – никак не воздействует на Армению. А мы видим, как негативные экономические развития в Турции воздействутю на соседнюю Грузию. Во-вторых, и это самое главное, блокада фактически вынудила нас переориентиривать нашу экономику на развитие тех моделей и отраслей промышленности, которые не связаны с транспортом. Две наиболее значимые отрасли – информационные технологии и обработка алмазов, и обе они не имеют транспортных потребностей.

Так что, то, что они пытались сделать, изолировав нашу страну, в конечном итоге стало бумерангом, который подтолкнул нас к развитию тех отраслей, которые гораздо более прибыльны и обеспечивают более высокие заработные платы.

Давайте перейдем ко второй теме недели. На этой неделе отмечалась 107-я годовщина начала Геноцида армян. И я хотел бы поделиться некоторыми размышлениями на эту тему. Я думал, о чем же говорить. Мы повсеместно видим эти наклейки, слоганы, которые гласят: «Я помню и требую», мы видим это на ноутбуках, на автомобилях, и я начал размышлять об этом.

Совершенно ясно, что всегда нужно помнить об этом, мы не имеем права забывать о том, что произошло, но я подумал о требовании: что именно мы требуем? И от кого мы этого требуем? И какова сущность человека, от которого мы что-то требуем?

Единственное, к чему я пришел, – это абсолютно ничего. Позвольте мне объяснить. Очевидно, что здесь есть две проблемы: моральный аспект, мы можем выдвигать требования, потому что наших предков изгнали с земли, на которой они жили тысячелетиями, их богатство было украдено, они были убиты, культурные ценности были уничтожены. Да, с моральной точки зрения требования оправданы.

Но с практической точки зрения, я думаю, что они не имеют абсолютно никакого смысла. И позвольте мне объяснить вам, почему. Ожидания, которые лежат в основе, предполагают уровень понимания моральной, исторической, политической зрелости, которых в реальности не существует в Турции, и фактически не существовало сотни лет.

Позвольте мне привести вам прекрасный пример. Более десяти лет назад одним из лучших турецких журналистов Ченгизом Актаром была проведена фантастическая кампания, суть которой в следующем: так как турецкое государство не хочет извиниться и принять свою вину перед армянским народом, инициируется кампания «Я приношу извинение».

Петицию подписали 32 000 турецких граждан, некоторые из которых были видными представителями интеллектуального класса этой страны. И да благословит их всех Бог за это. Однако, на самом деле это – 32 000 действительно храбрых граждан страны с населением в 70-75 миллионов человек, как бы ни считать.

Важно понимать, что необходимо взаимодействовать с теми, кого я называю турками-нефашистами и всегда поддерживать их усилия. Но в то же время, мы должны понимать, что они не отражают позицию своих соотечественников, которые, по большей части, ненавидят их и ненавидят то, что они делают.

На Западе бытует мнение, что Турция – это вид ближневосточной провалившейся полудемократической политической системы, хотя это не так. Политическая система этой страны вполне европейская. Это европейская система 1920-х годов.

В своей основе Турция последнее нереформированное фашистское государство в послевоенный период. Как мы помним, были такие фашистские государства, как Германия, Италия, Португалия, Венгрия, которые избавились от поклонения своим культовым фашистским лидерам из 20-х годов. А турки этого никогда не делали.

Я думаю, что существует также неправильное понимание слова фашист, потому что в наши дни фашист и нацист – это одно и то же, а на самом деле это не так, потому что фашистская идеология предшествовала нацизму. И речь идет об идее высшего государства, государства, которое выше всех социальных, классовых различий и может принимать все правильные решения для этой мифической общности.

И то, что сделало государство, в данном случае турецкое государство, – это, по сути, 100-летнее массовое убийство, начавшееся с армян, греков, евреев и ассирийцев. Покончив с этим, они перешли к несуннитским турецким меньшинствам, ко всем, кто придерживался прогрессивных или левых взглядов. На этом основано турецкое государство, его сущность не меняется вот уже 100 лет.

Теперь давайте посмотрим, чего удалось добиться турецкому государству за последние 100 лет. За 100 лет мира, 65 лет членства в НАТО, всех геополитических, экономических преимуществ, которые вы можете себе представить, по всем экономическим, социальным и демократическим показателям это – провалившийся многовековой проект национального строительства.

Вы можете спросить, как я могу называть это государство несостоявшимся или провалившимся проектом национального строительства? Потому что, очевидно, что это – очень функциональное государство, обладающее военной мощью, мощной государственной системой, и это страна, которую всерьез воспринимают все мировые державы. Очень просто. Что представляет собой успешная страна? Успешная страна, а не государство, в современном контексте – это три вещи.

Прежде всего, насколько богаты граждане этой страны.

Во-вторых, насколько свободно общество и есть ли верховенство закона. Это важно.

И третье, является ли данная политико-экономическая модель привлекательной для людей из других стран.

Если судить о Турции по этим трем стандартам, то ответом на все эти три вопроса будет решительное “нет”. Это подтверждают бесчисленные социологические опросы, в которых молодых турок от 18 до 29 лет спрашивали о том, покинули бы они страну, и более 70% из них выразили желание покинуть свою страну при возможности, и более 40% из них планировали это сделать.

Давайте посмотрим на эти показатели в реальном выражении. Вы хотите убедиться в экономическом провале? Доход на душу населения в Турции варьируется в диапазоне 8000 долларов и продолжает падать из-за девальвации валюты. Для сравнения, Греция, которую вряд ли можно назвать историей успеха в международной экономике, имеет доход на душу населения в диапазоне от 17 до 18000 долларов и является гораздо более богатой страной, несмотря на все ее проблемы.

Давайте перейдем к политической системе. Бытует мнение, что проблема политической системы Турции напрямую связана с Эрдоганом, и если он уйдет, все изменится. Но это не так. Турецкая оппозиция, за исключением прогрессивной прокурдской партии HDP, по сути, согласна со всеми основными пунктами фашистского турецкого государства: они не противостоят этому, они просто хотят более компетентных, менее коррумпированных правителей страны.

В реальности Эрдоган и его приспешники гораздо больше отражают страну, чем многие люди хотели бы признать. В конце концов, о стране, о политической системе или культуре судят по их способности генерировать идеи или политических лидеров, которые увеличивают общую сумму человеческой свободы.

И у меня есть вопрос: где турецкий Нельсон Мандела, Вацлав Гавел или даже Михаил Горбачев? Правда в том, что эта страна действительно производит людей такого калибра, просто, в отличие от большинства других стран, этих людей либо убивают, либо сажают в тюрьму, либо изгоняют.

Короче говоря, они не являются страной или государством, от которого стоит чего-либо требовать. Они просто слишком неуверенны в себе, незрелы и жалки во всех отношениях, чтобы от них чего-то ожидать.

Какова наша задача? Необходимо создать богатую, сильную страну с глубокими политическими и международными отношениями, которые могут свести к минимуму влияние турецкого режима или этой страны на нашу жизнь. Все остальные ожидания – просто иллюзии. Спасибо вам за то, что присоединились ко мне в этом эпизоде Обзора недели.

Отрывок из стиха американского поэта Лоуренса Ферлингетти

«Пожалейте народ (Следуя Халилю Джебрану)»

«Пожалейте народ, чьи люди – овцы

И чьи пастухи сбивают их с пути

Пожалейте народ, чьи лидеры – лжецы

Чьих мудрецов заткнули

И чьи приверженцы жадно ловят радиостанции

Пожалейте народ, который не возвышает свой голос

Разве что восхваляет захватчиков

И провозглашает хулигана героем

И стремится мир захватить

Силой и пытками».