От неудач в 2016 году до катастрофы в 2020 году

Апрельское боестолкновение 2016 года стало самым масштабным боевым противостоянием с момента заключения перемирия в 1994 году. Хотя активные бои длились всего четыре дня, они стали своеобразной «пробой сил» перед более масштабными боевыми действиями, продемонстрировавшими новый уровень вооруженного противостояния и во многом предопределившими ход войны 2020 года.

Ход боевых действий: атака Азербайджана и итоги

Боевые действия развернулись 2 апреля 2016 года и продолжались до 5–6 апреля.

Наступление азербайджанской армии началось с интенсивного артиллерийского обстрела позиций армянских сил на линии соприкосновения, за которым последовали атаки с применением бронетехники и вертолетов. Впервые были использованы барражирующие боеприпасы и противотанковые ракеты третьего поколения израильского производства.

На отдельных участках противник смог осуществить прорывы и взять под контроль важные высоты в районе села Талиш и на южном направлении (Лялятепе).

5 апреля при посредничестве России было достигнуто соглашение о перемирии, однако общая напряженность в виде позиционных перестрелок сохранялась еще несколько месяцев.

Армянские силы контрударами смогли остановить проникновение атакующих подразделений противника на северо-востоке и уничтожить некоторые штурмовые группы, но не смогли вернуть все захваченные позиции, понеся людские и территориальные потери. Азербайджанцам удалось удержать за собой некоторые территории, включая талишские высоты и позиции на высоте Лялятепе. При этом они понесли значительные потери, включая начальника штаба бригады Сил специальных операций (ССО) и нескольких высокопоставленных офицеров спецназа.

Несмотря на потери и некоторые неудачи при выполнении боевых задач, азербайджанская армия добилась промежуточных целей операции и, вероятно, смогла извлечь уроки, учтя свои ошибки. Азербайджанское руководство сделало вывод, что его армия способна вести современный ближний бой и применять высокоточные вооружения, после чего продолжило модернизацию своих вооруженных сил в заданном направлении.

По итогам боев 2016 года Азербайджан сделал ставку на усиление своих ССО, расширив численность спецподразделений, что сыграло одну из определяющих ролей в 2020 году.
Помимо существующих сил специального назначения Министерства обороны, активное развитие получили спецназ внутренних войск МВД, Силы быстрого реагирования Госпогранслужбы и спецподразделения Службы государственной безопасности. Общая численность азербайджанского спецназа к 2020 году выросла в несколько раз.

Сходство и различия в тактике 2016 и 2020 годов

В ходе четырехдневных боев 2016 года и войны 2020 года Азербайджан задействовал схожие направления главных ударов. Хотя в 2020 году направлений основных атак было больше, чем в 2016-м, в обоих случаях прорывы армянской обороны произошли на южном и северо-восточном направлениях.

В 2016 году азербайджанские войска добились успехов на этих направлениях, что впоследствии привело к более масштабному наступлению в 2020 году. На северо-восточном направлении, после отхода из сел Талиш и Мадагис, армянские силы смогли перегруппироваться, сдержать натиск противника и организовать оборону на новых позициях, не позволив противнику продвинуться дальше. Однако прорыв на южном фронте, уже испробованный в ходе апрельских боев 2016 года, стал решающим и открыл противнику дорогу на Гадрут и Шуши. Именно на этом участке проявились серьезные уязвимости и слабые места армянской обороны.

В отличие от боев 2016 года, когда применение высокотехнологичного вооружения и использование малых ударных пехотных групп было ограниченным, военная стратегия Азербайджана в войне 2020 года в Нагорном Карабахе базировалась на массированном использовании БПЛА, высокоточных ударах и тактиках проникновения пехотных групп вглубь обороны.

Широкое применение турецких Bayraktar TB2, израильских барражирующих боеприпасов, противотанковых ракет третьего поколения и дальнобойных высокоточных вооружений позволило Азербайджану систематически поражать объекты армянской обороны как на тактической и оперативной глубине, так и в тылу. Под удары попадали артиллерийские позиции, бронетехника, системы ПВО, склады с боеприпасами, колонны и скопления войск, а также энергетические и инфраструктурные объекты.

Армянские системы ПВО, включавшие устаревшие С-300 и «Оса-АК», а также небольшое количество более современных «Тор-М2КМ», оказались малоэффективными против массированных атак с воздуха.

Уже в 2016 году стало очевидно, что азербайджанские дроны и барражирующие боеприпасы представляют серьезную угрозу. Однако к 2020 году армянская сторона так и не создала полноценную систему борьбы с БПЛА, не закупила в достаточном количестве современные средства РЭБ и ПВО, не развернула свою систему разведывательных дронов и барражирующих боеприпасов, не разработала тактики скрытой и быстрой переброски войск, а также цифровой координации боевых действий.

Недостатки армянской военной стратегии

Армянская военная доктрина продолжала делать ставку на пассивную оборону, модернизацию устаревшей советской техники и опираться на старые подходы, возлагая надежды на укрепления и артиллерию. Несмотря на выгодные оборонительные позиции, особенно в горах и на некоторых равнинных участках (в частности, на центральном агдамском направлении), этого оказалось недостаточно для эффективного противостояния высокотехнологичной мобильной войне.

Боевые действия 2016 года, несмотря на их кратковременный характер, выявили ключевые ошибки армянских сил, которые за последующие четыре года так и не были исправлены, а в дальнейшем лишь усугубились. Армения должна была модернизировать свою армию, укрепить оборонительные линии, особенно на уязвимых участках, развить новые тактические схемы, заняться подготовкой боеспособного резерва и улучшить дипломатическую позицию перед возможным началом новой войны.

К началу войны 2020 года эти меры либо не были реализованы, либо оказались недостаточными или неэффективными. Состояние мобилизационного резерва и некоторых частей добровольческих отрядов также вызывало сложности в координации и дисциплине. Множество солдат из мобрезерва и добровольцев, не подготовленных к ведению современных боевых действий, создавали проблемы при выполнении боевых задач.

В некоторых случаях среди мобилизованных рядовых возникали панические настроения, что усугубляло хаос и неразбериху в решающие моменты боевых действий. Система активной подготовки резервистов после 2016 года могла бы хоть как-то изменить ситуацию на поле боя и стать надежной опорой для регулярных войск.

К 2020 году армянское руководство так и не провело глубоких армейских реформ. Некоторые кадровые перестановки, проведенные сразу после боёв 2016 года, а также новым руководством Армении после 2018 года, никак не усилили военную систему.

Слаженность и скорость реагирования армянских сил также оставались на низком уровне. Армянское командование действовало медленно и неупорядоченно, что позволило противнику закрепиться на захваченных позициях в 2016 году, а в 2020 году – продвигаться вглубь территорий Нагорного Карабаха.
Четырёхдневные бои 2016 года выявили проблемы с управлением: отсутствие устойчивой координации между командованием и подразделениями, медленное принятие решений, недостаточную мобильность войск и неудовлетворительную работу разведки. Всё это вместе взятое привело к внезапности атак со стороны противника, медлительности армянских сил и коллапсу управления в критические моменты.
В 2016 году противник провёл неожиданную атаку, сумев добиться территориальных успехов за считанные часы, что свидетельствовало о слабой работе армянской разведки, не сумевшей выявить вероятные масштабы и направления главных ударов. Командование не смогло оперативно оценить ситуацию и своевременно принять ответные меры, что привело к нехватке координации между подразделениями.

В 2020 году эта же проблема приобрела катастрофический характер: армянская разведка снова не смогла своевременно выявить начало атак и их масштабность, а командование так и не представило за 44 дня боёв ни одной оригинальной военной стратегии.

Армянские силы столкнулись с массированным применением беспилотной авиации и дальнобойных высокоточных вооружений, подверглись ударам по всем направлениям, что вызвало хаос в оборонительных порядках и панику среди гражданского населения. Отсутствие устойчивой связи между штабом и передовыми подразделениями привело к разрозненности действий армянских сил. Командование, зачастую не обладая полной и достоверной информацией о положении на фронте, принимало неверные решения. Даже в тех случаях, когда принимались правильные решения, они запаздывали, поскольку ситуация на местах боевых действий к тому моменту уже кардинально менялась.

Ставка на пассивную оборону, сделанная после подписания перемирия в 1994 году и сохранявшаяся более 20 лет, совершенно не соответствовала условиям современной войны. Армянские силы по ходу боёв продолжали статично держаться за укрепления и становились мишенями для высокоточных ударов.

В 2016 году противнику удалось прорвать оборонительные рубежи в районе Талиша и Лелетепе, продемонстрировав слабую адаптацию армянских подразделений к динамичному бою. Уже тогда стало очевидно, что ставка на "окопную" войну неэффективна против мобильных ударных групп, использующих дроны и высокоточные удары.

В 2020 году эта проблема стала ещё более острой. Противник, используя мобильные группы спецназа, быстро и рассредоточенно проникал в глубину армянской обороны, разрушая её устойчивость. Эти группы блокировали пути снабжения, нарушали линии связи, устраивали засады и координировали удары дронов и артиллерии, что вносило дезорганизацию в ряды армянских войск и мешало им перегруппироваться.

Армянское командование после 2016 года так и не уделило внимания подготовке штурмовых подразделений для ведения мобильной войны в сложных условиях. Развитие мобильных боевых групп к 2020 году могло бы позволить армянским силам проводить тактику неожиданных ударов, засад и локальных окружений передовых подразделений противника в лесных массивах и горной местности. Однако численно превосходящему противнику, имеющему значительное технологическое преимущество, армянские силы противопоставили лишь статичную оборону. Между тем армия должна была готовиться к ведению боевых действий в условиях полного окружения.

Будущие вызовы для Армении

Несмотря на все негативные факторы, армянские солдаты и боевые офицеры в 2016 и 2020 годах проявили стойкость, мужество, умение отдельных подразделений вести интенсивные бои и достигать локальных тактических успехов. Однако эти сильные стороны не смогли компенсировать глубокие системные проблемы: отсутствие современной военной доктрины, слабое управление, нехватку новейшего вооружения и неспособность адаптироваться к изменившимся условиям войны.
Боестолкновения 2016 года и полномасштабная война 2020 года показали, что в условиях изменяющегося баланса сил на Южном Кавказе опора на ненадёжные союзы, устаревшие методы ведения войны и неподготовленность к новым вызовам могут привести к катастрофическим последствиям.

После 2016 года стало ясно, что Россия и другие страны ОДКБ не вмешаются в конфликт в Нагорном Карабахе и не окажут поддержки даже на политическом уровне. Более того, в 2016 году ряд стран ОДКБ и Турция поддержали Азербайджан. Если поддержка стран ОДКБ ограничивалась политическими заявлениями и поставками оружия, то в 2020 году прямая поддержка Турции и её вмешательство стали одними из ключевых факторов победы Баку. Армения осталась без международной поддержки, не предприняла меры против турецкого влияния в регионе, не выстроила надёжную систему союзов и не получила гарантий военной помощи. В критический момент войны 2020 года это привело к тому, что мировые державы не оказали давления на Азербайджан.

Прошло более четырёх лет с момента войны 2020 года, и Армения оказалась перед ещё более серьёзными вызовами, угрожающими её государственному существованию. Азербайджан продолжает наращивать военную мощь, укреплять позиции и получать поддержку ближайших союзников, прежде всего Турции.

Если Армения не проведёт кардинальные реформы в армии и не пересмотрит оборонную стратегию, её безопасность останется под серьёзной угрозой. Пересмотр должен включать отказ от устаревших методов ведения боевых действий и подготовку новых кадров, способных адаптировать армию к современным вызовам.

Структурные реформы в армии остаются в зачаточном состоянии, геополитическая обстановка продолжает ухудшаться, и Армения рискует вновь столкнуться с войной в крайне невыгодных условиях.

Поражение в 2020 году стало следствием неспособности учесть уроки 2016 года. Ошибки не были исправлены, и их последствия оказались губительными. Только осознание и исправление прошлых ошибок позволит Армении избежать их повторения в будущем и не встречать новые угрозы в состоянии полной неподготовленности.