Баку легитимирует Северный Кипр, но не спешит его признавать

В последние годы Азербайджан всё активнее переходит от политики сдержанной поддержки к активной вовлечённости в дела самопровозглашенной Турецкой Республики Северного Кипра (ТРСК), рассматривая это направление как часть своей долгосрочной стратегии регионального лидерства. Дипломатические и политические усилия относительно ТРСК, оккупированной части Республики Кипр, признанной только Турцией, выходят за рамки символической солидарности с турками-киприотами.

После окончательного решения карабахского вопроса в 2023 году силовым путём Баку почувствовал, что может действовать в международной политике с большей свободой и уверенностью. Военная операция в Нагорном Карабахе, фактически ставшая классической этнической чисткой, не вызвала серьёзной международной реакции: за риторическими осуждениями не последовали реальные санкции или меры сдерживания. Успех в Карабахе дал Азербайджану не только военный и политический капитал, но и уверенность в возможности действовать более агрессивно на других направлениях, не опасаясь серьёзного ответа. Опираясь на этот опыт, Азербайджан активно укрепляет альянс с Турцией и усиливает своё влияние. Анкара как идеологически, так и институционально делает ставку на тюркскую интеграцию через созданную под эгидой Турции Организацию тюркских государств, и особое место в этой концепции занимает проект ТРСК, чей международный статус Эрдоган стремится продвигать и укреплять через региональные альянсы.

Баку, как главный союзник Анкары, стал ключевым актором в этом процессе, активно подключившись к "кипрскому вопросу" и фактически выступив гарантом авторитета Турции в тюркском сообществе. С 2023 года Азербайджан реализует программу по легитимации ТРСК: состоялся первый официальный визит лидера ТРСК Эрсина Татара в Баку, было открыто представительство ТРСК с консульскими функциями и признанием паспортов ТРСК, возобновлено авиасообщение между Баку и Лефкошей, в Милли Меджлисе создана парламентская группа дружбы с ТРСК. Азербайджан активно лоббировал получение ТРСК статуса наблюдателя в Организации тюркских государств (ОТГ) и поддержал участие лидера ТРСК на саммите ОТГ в Шуши.
Кроме того, Азербайджан регулярно участвует в военных учениях в Турции с привлечением подразделений турецких вооружённых сил Северного Кипра.

На уровне риторики президент Ильхам Алиев подчеркивал, что Баку намерен оказывать всестороннюю поддержку ТРСК "до её признания". «Мы всегда рядом с нашими братьями. Наша политика всегда была ясной. У нас нет другой повестки в этом вопросе. Мы думаем только о том, как можем помочь нашим братьям, чтобы они могли сохранить своё государство. Они заслужили это историей и своими делами», — заявил Алиев. Такие заявления только усиливают ценность азербайджанской позиции для Анкары. Поддержка ТРСК является элементом более широкой стратегии Баку, нацеленной на укрепление военно-политического и экономического альянса с Анкарой, а также на подготовку к возможным изменениям в Турции после Эрдогана.

Баку осознаёт, что в случае изменения нынешней турецкой политики и ухода Эрдогана Анкара может временно ослабить свою экспансию и активность на постсоветском пространстве. Азербайджан, в свою очередь, должен будет сохранить турецкий курс и инициативу в интеграционных процессах, так как видение решения кипрского вопроса в Турции является почти одинаковым, с незначительными изменениями, для всех ведущих политических партий и движений страны.

Тем не менее, несмотря на все эти шаги и заявления, Азербайджан сохраняет осторожность, не следует примеру Турции и сознательно пока избегает официального признания ТРСК в качестве независимого государства. Баку действует на грани, усиливая фактическую легитимацию ТРСК, но не переходя юридическую черту, чтобы минимизировать вызовы и избежать непредвиденных рисков. Этот подход особенно важен на фоне осторожности других членов Организации тюркских государств — Казахстана, Узбекистана, Кыргызстана и Туркменистана, которые, стремясь балансировать между Турцией, Россией, Китаем и Западом, отказываются признавать или открыто поддерживать ТРСК. Таким образом, роль Азербайджана для Турции становится ещё более значимой: он остаётся фактически единственным, помимо Турции, активным сторонником интеграции ТРСК в тюркские структуры.

Теоретически политическая игра Баку может нести определённые риски. Прежде всего, ухудшение отношений с Европейским союзом, особенно с Грецией, которая играет одну из ключевых транзитных ролей в Южном газовом коридоре (Southern Gas Corridor, SGC), крупной инфраструктурной цепочке, созданной для доставки газа из Азербайджана (с месторождения Шах-Дениз) в Европу и без участия которой Южный газовый коридор не сможет полноценно функционировать. Также Азербайджану могут указать на двойные стандарты: поддерживая право на самоопределение для турок-киприотов, он одновременно выступает за нерушимость территориальной целостности в вопросах Косово, Абхазии, Южной Осетии и Крыма, не говоря уже об азербайджанских действиях против армян Нагорного Карабаха.

Впрочем, обвинения в двойных стандартах — это самое меньшее, что может беспокоить Баку. На фоне поддержки Турции, энергетического сотрудничества с ЕС и общей тенденции ослабления международной реакции на пересмотры границ, все остальные риски Баку вправе считать управляемыми. Несмотря на жёсткую риторику, часто звучащую из уст президента Алиева, и регулярные обвинения в адрес Запада в лицемерии, политике двойных стандартов и вмешательстве во внутренние дела Азербайджана, Баку остается важным энергетическим партнером Европы. В апреле 2025 года еврокомиссар Кая Каллас назвала Азербайджан "надёжным партнёром", что свидетельствует о том, что геополитические и энергетические приоритеты Евросоюза перевешивают декларируемые фундаментальные ценности Европы в вопросах демократии, прав человека, даже при наличии антиевропейской внешнеполитической повестки Азербайджана. Кроме того, Баку начал использовать тему "права народов на самоопределение" как инструмент давления на Францию. Например, поддерживая сепаратистские настроения и подстрекая местные националистические движения на радикальные действия в Новой Каледонии и в других заморских территориях Франции.

Эта новая внешнеполитическая линия демонстрирует попытки Азербайджана играть в более сложную геополитическую игру и вести дипломатическую борьбу против одного из мировых тяжеловесов. Баку использует селективный прагматизм: там, где это выгодно, поддерживает "право на самоопределение", а там, где это противоречит его интересам, настаивает на "территориальной целостности" и строит внешнюю политику на расчёте и выгоде, стремясь использовать каждую возможность для усиления своих позиций.

Политика Азербайджана в отношении ТРСК — это элемент стратегии, где национальные интересы ставятся выше норм международного права. Фактическая поддержка ТРСК укрепляет союз с Турцией и одновременно позволяет Азербайджану заявлять о себе как о самостоятельном центре силы в тюркском мире — независимо от будущих политических изменений в Анкаре.