Автономии не имеют будущего в Азербайджане: Конституция Нахичевана избавляется от "Карса" и "Москвы"

На фоне усиливающейся централизации власти в Азербайджане и региональных геополитических сдвигов, власти в Баку вносят поправки в правовой статус Нахичеванской Автономной Республики (НАР) и ключевые изменения, которые фактически ликвидируют остатки ее политической  автономии.

Основные поправки:

• Председатель Верховного Меджлиса НАР лишается статуса высшего должностного лица.
• Кабинет министров НАР теперь подчиняется напрямую президенту Азербайджана.
• Главы исполнительной власти в НАР назначаются президентом Азербайджана.
• Исключаются упоминания Московского и Карсского договоров (1921) как правовой основы статуса автономии.
• Статус НАР будет определяться исключительно Конституцией Азербайджанской Республики.

Эти изменения знаменуют собой завершение процесса демонтажа автономной модели, установившейся в советский период и сохранявшейся даже после обретения независимости. Теперь Нахичеван превращается в обычный регион под прямым контролем Баку, без правовых внешних опор и с подчиненной вертикалью власти.

Парламент Азербайджана рассмотрел и принял поправки к Конституции Нахичевана, согласно которым из преамбулы документа исключаются упоминания двух ключевых международных соглашений советской эпохи: Московского (16 марта 1921 г.) и Карсского (13 октября 1921 г.) договоров. Именно они закрепили Нахичеван как автономную территорию под суверенитетом Азербайджана, с согласия Турции, России и при фактическом исключении Армении.

В бывшей редакции Конституции Нахичевана (НАР) от 1998 года, прямо указывалось, что автономия республики основана на Московском и Карсском договорах 1921 года – международных соглашениях, подписанных РСФСР, Турцией, Арменией, Азербайджаном и Грузией. Эти договоры определили, что Нахичеван передается под протекторат Азербайджанской ССР с условием, что она не будет передана третьей стороне.

Символическое значение этих договоров сохранялось в течение более чем ста лет. Однако теперь в официальной конституционной логике Азербайджана их роль сведена к нулю. Вместо них в новой редакции преамбулы подчеркивается, что Нахичеванская Автономная Республика является «неотъемлемой частью Азербайджана», а её статус вытекает из Конституции Азербайджана (принятой в 1995 году) и актов о восстановлении независимости 1991 года.

На первый взгляд эти изменения можно воспринять как формальность, но, по сути, это – политический шаг. Решение Азербайджана исключить международные договоры из конституционного дискурса означает отказ от прежнего баланса, при котором статус Нахичевана опирался на компромисс нескольких держав, а не на собственные правовые акты.

Азербайджан вступил в окончательную фазу укрепления вертикали власти и «сборки» государства. Эти процессы сопровождались зачисткой клановых структур, в том числе в Нахичеване, где долгое время доминировала семья Васифа Талыбова. Теперь, когда фактический контроль уже установлен, пришло время закрепить его юридически.

Баку последовательно уходит от правовых рамок, связанных с РСФСР и СССР. Это подчёркивает дистанцирование от России и выстраивание собственной интерпретации истории и государственного права. Фактический отказ от упоминаний о РСФСР в правовом статусе территории – очередной эпизод десоветизации регионального порядка. Это демонстрирует ослабление исторического присутствия России на Южном Кавказе.

Любопытен и другой аспект. Исключение Карсского договора, подписанного в 1921 году между Турцией и Советской Россией, формально ослабляет историческую роль Турции как гаранта статуса Нахичевана. Однако на практике это означает лишь освобождение от прежней зависимости от внешних легитимаций, поскольку современное стратегическое партнёрство между Баку и Анкарой гораздо прочнее, чем формальные положения столетней давности. В этом контексте отказ от международных договоров с участием Турции – не жест против Турции. Напротив, подчёркивание уверенности в двустороннем союзе, который давно уже перерос старые гарантии, утверждает, что азербайджанский контроль над Нахичеваном – не результат компромисса между иностранными державами, а суверенное внутреннее право, вытекающее из независимости государства.

Фактор Ирана: отвлечение на большую войну

Иран, традиционно чувствительный к вопросам статуса Нахичевана и баланса на Южном Кавказе, оказался вовлечен в силовое противостояние с Израилем, имеющим коалиционную поддержку западных стран. В таких условиях Тегеран не способен оперативно реагировать на изменения в статусе соседнего региона, даже если воспринимает их как нарушение сложившегося баланса.

На этом фоне Баку понимает: реакции из Ирана сейчас не последует. Это создаёт для Азербайджана редкое «окно возможностей». И он использует этот уникальный момент, чтобы закрепить статус-кво, когда ни один из внешних игроков не в состоянии воспрепятствовать трансформации правового и геополитического ландшафта Южного Кавказа.

Это также следует понимать в контексте политики по окончательной интеграции регионов, ранее обладавших особым или автономным статусом. В ноябре 1991 года, после распада СССР, Верховный Совет Азербайджана принял решение о ликвидации Нагорно-Карабахской автономной области, что впоследствии привело к эскалации и началу боевых действий.

После вооруженного окончательного захвата Карабаха, этнической чистки и демонтажа его институтов 2020-2023 годов, Баку реализует продуманную стратегию унификации внутреннего устройства страны, устраняя отсылки к автономии как результату внешнеполитических договоров или этнополитического конфликта. Автономии просто не имеют будущего в современном Азербайджане.

На фоне ослабления России, нестабильности в Армении и вовлеченности Ирана в конфликт с Израилем, Баку чувствует себя более свободно. 

Региональная ситуация меняется, и Азербайджан старается закрепить новые правила.